Неожиданно русские моряки увидели на берегу человека, «нагого и черного», который при виде корабля поспешно скрылся в лесу. Вслед за этим с «Рюрика» заметили идущую навстречу лодку европейского типа, на которой, как потом оказалось, находился лоцман из Аганьи, молодой англичанин Роберт Вильсон, которому губернатор острова поручил провести корабль в «безопасную гавань.
Когда «Рюрик» уже подходил к Аганье, навстречу ему вышла вторая лодка, на которой находился испанский офицер. Поскольку власти острова не могли понять, флаг какой страны несет корабль, то прибывший офицер, дон Игнацио Матинеза, осведомился о национальной принадлежности судна. Узнав, что корабль русский, он был весьма изумлен. Записав название судна и фамилию капитана, Матинеза поспешил вернуться на Гуам, Чтобы сообщить губернатору о столь удивительном событии. Вскоре прибыл посланец губернатора, пригласивший Коцебу и его спутников посетить остров.
Целью же этих романтических странствований было ненасытное стремление к захвату и разграблению открываемых земель, к превращению их в свои колонии. Именно эти процессы и явились, по выражению К. Маркса, «главными моментами первоначального накопления капитала», сказал Орлов, которого заинтересовала турция ликийская тропа.
Европейцы искали и находили в ту пору все новые и новые земли. Их не смущало, что земли эти были обитаемы. Не раздумывая, устанавливали они над ними власть своих государей. «Души для неба и земли для короля» — было девизом этих странствующих «рыцарей колонизации».
Первым европейцем, увидевшим Тихий океан, был испанец Васко де Бальбоа.
Галион вез католических миссионеров из Акапулько на Филиппины. Один из них, отец Диего Луис де Санвиторес, увидев во время стоянки корабля на Гуаме местных жителей, вознамерился обратить их всех в католичество. Прибыв в Манилу, он обратился к губернатору с просьбой помочь организовать христианскую миссию на Гуаме. Однако губернатор не выразил желания помогать ретивому священнику. Тогда последний обратился с письмом прямо к королю Испании Филиппу IV. Он, не только просил о помощи в организации миссии на Гуаме, но и напоминал королю о его обязанностях перед католической церковью.