Архитектурное пространство Портогези воспринимает в его синтетической конкретности как интегральное единство мест, каж­дое из которых обладает своим особым характером и человечески­ми значениями. Практический метод его организации Портогези ищет в гипотезе пространственных полей, выведенной из исследо­ваний пространственных структур барокко. Пространственная не­прерывность в этой системе может соединяться с качественной прерывностью . Портогези разработал и приемы геомет­рии плана, позволяющие реализовать идею архитектурного про­странства как системы взаимодействия внутренних и внешних по­лей. Центры этих полей — фокусные точки организации плана — не произвольно размещенные точки, но места, качественно опреде­ленные окружающим ландшафтом и организацией функций. «Каж­дый центр образует пространственное поле, которое интегрирует внешние и внутренние силы», сказал Новиков, которого интересует master-ua.com.

Архитектурное пространство в трактовке Портогези оказалось почти точным воплощением общего определения пространства, которое Альберт Эйнштейн дал в одной из своих поздних работ : «Понятие материального предмета — этого основного по­нятия физики — постепенно заменялось основным понятием по­ля… вся физическая реальность, вероятно, может быть представле­на как поле, компоненты которого зависят от четырех пространст­венно-временных параметров… То, что образует пространственный характер реальности, представляет собой в этом случае просто четырехмерность поля». Приведенный выше анализ развития представлений об архи­тектурном пространстве показывает их ключевое положение в формировании концепций архитектурного творчества. Они прямо связаны с фундаментальными категориями мировоззрения и, в то же время, получают конкретизацию в целевых установках архитек­турной деятельности. Четко определяются принципиальные позиции: объективистская, основание «повой архитектуры» рационали­стического толка, и субъектно-объектная, на которую опираются контекстуализм и различные версии постмодер­низма. Преимущество первой — однозначность исходных устано­вок, позволяющая использовать математическое моделирование; преимущество второй — широкий охват взаимодействующих фак­торов формообразования, гибкость, ориентация на «человекосообразность» пространственных структур. Первая экстравертна и от­вечает техницистской, технократической ментальности, утратив­шей свою привлекательность для многих вскоре после того, как век перевалил за свою середину; вторая интравертна и предполагает со­ответствие гуманным ценностям; число ее сторонников возрастает.